О наступлении Царства Бога

(Лк. XVII, 20–25)

И сказал им: не приходит царство Божие так, чтобы что?нибудь случилось.

Не скажут вам: вот оно здесь, или вот оно там, потому что оно в вас.

И сказал ученикам: придет время, когда будете желать видеть один из дней спасения сына человеческого, и не увидите.

И если бы сказали вам: вот оно здесь, вот оно там – не ходите, не гоняйтесь за ним,

потому что оно как молния от края до края неба светит. Таков будет сын человеческий в своем дне спасения.

Прежде же всего необходимо ему много терпеть и переносить от рождения этого.

ОБЩЕЕ ПРИМЕЧАНИЕ

Речь началась и продолжается о смерти, о том, что человек неизбежно умрет и погибнет, если он не спасется учением Иисуса. В чем же это спасение? В том, чтобы возвысить дух. Как это возвысить дух? Он говорит им: царство Бога, т. е. соединение с волей Бога, ни здесь ни там, оно в вас самих. Придет время, когда вы почувствуете неизбежность смерти, будете искать спасения, но вы не найдете уж того, что прошло. Если вам будут говорить: вот тут, вот здесь спасение, – не верьте: спасение сына человеческого как молния, блестит мгновенно, оно внутри вас, оно только в настоящем моменте жизни, оно в духе, для которого нет времени. Человек в этом настоящем пусть ищет спасения. И прежде всего пусть много терпит и переносит.

(Лк. XVII, 26–30)

И как было в жизни Ноя, так будет в день спасения сына человеческого.

Ели, пили, женщин замуж выдавали до того дня, пока Ной вошел в ковчег и пришел потоп и погубил всех.

Так же было и во дни Лота: ели, пили, торговали, продавали, садили, строили.

И в тот день, когда Лот вышел из Содома, прошел дождь огненный и серный и погубил всех.

Так же будет и в тот день, когда сын человеческий откроется.

ОБЩЕЕ ПРИМЕЧАНИЕ

Так же, как спасся Ной и Лот, также спасется человек, познав смысл жизни человека, – когда поймет, что жизнь в духе; так точно ничего не изменяется в мире и не изменится, когда всякий, возвысивший в себе дух сына человеческого, оставит заботы мира и выйдет из него. И как погибли люди, не вошедшие в ковчег при Ное, и люди Содома, не вышедшие из него при Лоте, так погибнут и теперь люди этого мира, не перенесшие свою жизнь в дух сына Бога.

Пришествие сына человеческого или явление его есть проявление жизни духа, для которого нет смерти. Признак проявления есть смерть. И потому под пришествием сына человеческого разумеется и смерть. Смерть плотская есть как бы отделение жизни от мертвого, так же как потоп и огненный дождь.

Все это место есть то, что на церковном языке принято называть совершением века – кончиною мира.

Хотел ли, или не хотел Иисус предсказать что?то для нас, христиан, совершенно все равно: для нас важно, чему он учил. А учил он о том, что день спасения сына человеческого приходит для каждого человека так же, как он пришел для Ноя. Что Иисус говорил просто о смерти каждого человека, событии, несомненно важнейшем для человечества, чем падение огня с неба, не может быть никакого сомнения. То, что по всем Евангелиям за этим местом непосредственно идут увещания о том, чтобы быть всегда готовым к смерти, несомненно доказывает это.

Как наросли на эту беседу прибавки о странных внешних событиях, трудно добраться, но естественно, что они должны были нарасти между людьми, не понявшими смысла речи.

Одно особенно замечательно и исключает возможность допустить стихи о внешних чудесах, которые совершаются. В стихе 20?м Лк. XVII сказано ясно, что царство Божие придет не с внешними признаками. Чтобы принять стих о знамениях, надо откинуть этот стих и тот, где сказано, что царство Божие внутри вас есть (Лк. XVII, 21).

(Лк. XVII, 31, 32)

В день спасения кто на крыше, а одежда его в доме, не сходи брать; и кто на поле, тот не оглядывайся назад.

Помните жену Лота.

Она оглянулась, пожалела свое земное и погибла. Кто оглядывается, взявшись за плуг, ненадежен для царствия Божия.

Когда откроется для человека значение жизни духа и жизни плоти, т. е. сын человеческий, тогда человек, поняв, что жизнь его гибнет, не оглядывайся назад, а, как Ной и Лот, иди, бросай все. И для того, чтобы уже не могло быть сомнения в этом значении всей речи, Иисус прибавляет:

(Лк. XVII, 33)

Кто если захочет земную жизнь свою спасти, тот погубит ее, а кто если и погубит ее, даст ей приплод – вечность.

(Мф. XXIV, 3)

И когда он сидел на горе смоковниц, стали подходить к нему ученики поодиночке и говорили: скажи нам, когда это будет? и какой признак пришествия твоего учения и достижения вечной жизни?

ОБЩЕЕ ПРИМЕЧАНИЕ

Ученики спрашивают: ты обещаешь вечную жизнь, и если ты говоришь, что ничего видимого не случится, почему же мы будем знать, достигли мы или нет этой вечной жизни и когда?

Стих этот из глав, называемых обыкновенно совершением века. Разбор этих глав можно видеть у всех критиков Евангелия.

Главы эти представляют сложный ряд наслоений, чуждых основной мысли. Я оставляю из этих глав по синоптикам то, что остается, т. е. то, что имеет определенный смысл. Невозможность дать им какое?нибудь объяснение и распутать противоречия очевидна для каждого читателя без предвзятых мыслей.

Образование же этих глав, по моему мнению, следующее: прибавок от писателей или мест, потерявших всякий смысл, очень мало, но есть перемещение стихов из одного места в другое. Так, в XXIV гл. Мф. представляется следующее: стихи с 1?го по 3?й (и соответствующие им по Мр. и Лк.) имеют поводом отрицание храма, изложенное во 2?й главе Иоанна; стихи же с 6?го по 14 имеют основанием речь ученикам при посылке их на проповедь; с стиха 15?го по 25?й есть явная приписка по вводным словам Марка (гл. XIII, 14: «кто читает, тот пусть заметит»); с стиха 26?го по 28?й есть повторение того, что сказано о внутреннем царстве Бога; с стиха 29?го по 31?й есть предсказания, относящиеся к чему?то вещественному и носящие на себе печать искажения какой?то другой мысли. После этих стихов уже все понятно. И только для большей связности мысли я считаю лучшим перенести притчу о смоковнице после слов о том, что времени никто не знает.

Объяснив, что царство Бога проявляется в духе человека мгновенно, вне времени, Иисус опять говорит, что для проявления царства Бога в духе человека не может быть ни места, ни времени.

(Мр. XIII, 32; Лк. XVII, 37)

И о дне спасения и времени никто не знает; ни силы Божий, ни сын.

И они еще сказали ему: где? Он же сказал им: где стерва, туда собираются воронья.

Я пропускаю слова стихов 34–36 гл. XVII Лк., где говорится о том, что один возьмется, а другой оставится. Мысль, выраженная этими словами, та, которая выражена в речи послания учеников о том, что учение Иисуса произведет разделение.

Неуместная вставка этого стиха в этом месте объясняется тем, что все это место – кончина мира и совершение века, понятое писателями вещественно, составлено из вставок с разных мест, как это будет видно в последующем.

То, что стихи эти – вставка, подтверждается и тем, что вопрос учеников где? не может относиться к ним; сказано где? в одной постели, в поле, на мельнице; к стиху 33?му к словам: «кто погубит жизнь, тот приобретет ее», слово «где» прямо относится: приобретет жизнь – где? И вот на вопрос: где? Иисус отвечает: нигде. Для царства Божия нет места.

Если вы говорите о том, что на свете бывает, то на свете все мертвое, все стерва, и где стерва, там воронья.

ОБЩЕЕ ПРИМЕЧАНИЕ

Царство Божие не приходит ни в кого приметным образом. Нельзя про него сказать: оно здесь, там. Если же вам захочется видеть во времени сына Божия, т. е. царство Божие, и вы не найдете, и вам скажут: вот оно здесь, там, не ходите, не верьте. Оно вне времени и пространства. В самих себя смотрите.

Как молния, свет мгновенный от неба до неба, осветит оно ваши души. Но прежде надо пострадать вам и испытать многое. И как было во дни Ноя и Лота, когда уже совсем близко "вы будете к погибели, как близки были Лот и Ной, тогда явится в вас сын человеческий. И тогда, где тебя застанет этот внутренний свет, не обращайся назад к прежней жизни".

Но какое доказательство, что мы уж получили эту жизнь, что она уже наступила для нас? – спрашивают ученики. Он говорит: никто не знает; этого доказательства нет. И нельзя сказать, где это будет. «Где» – можно сказать о стерве, о вороньях, а для духовного нет места так же, как и нет времени.

(Мр. XIII, 28, 29)

Вы возьмите пример от смоковницы: когда ветки ее станут мякнуть или станет пробиваться, вы полагаете, что лето близко.

Так и вы, когда если видите, что это случилось, постигаете, что царство Бога близко, у дверей.

Иисус говорит: одно доказательство лета есть жизнь. Одно доказательство царства Бога есть соединение с волей Бога, есть жизнь в воле Бога.

(Лк. XXI, 28)

Когда же это начнет совершаться, выпрямитесь и поднимите глаза, потому что приближается спасение ваше.

Я переставляю этот стих, как заключающий в себе объяснение притчи о смоковнице. Доказательств нет, кроме сознания жизни в Боге; сознание это выражается делом, как рост листьев весною. Когда почувствуете это, тогда поднимите глаза, не бойтесь; тогда знайте, что началось спасение ваше.

Это один признак, одно доказательство.